Отчёт с игры "Дети Дюны"


  • Рассвет. Очередной тяжёлый рассвет. Встаёшь механически, живёшь, будто бы не просыпаясь толком. Пол ушёл в пустыню, а на мне лежит бремя планеты. И я не могу подвести брата, сколько бы мне хотелось его придушить.
    Но как брата, не как правителя.
    Слишком идеальный. Провидец прошлого, будущего, Махди, свет и надежда. И, что немаловажно, не отравленный в утробе матери.

Collapse )

  • Великий выпад моей матушки против собственного Ордена. Первый из двух. Второй - сохранение мне жизни. Но ради чего?

    Слишком слабая, слишком не дотягивающая до брата. Но я сделаю всё, что от меня зависит.

    Дети рассказывают: появился Проповедник. И фримены к нему прислушиваются. Говорят, что его слово звучит о человечности Муад Диба, он критикует наш религиозный и бюрократический строй.

    Я велела бы его высечь, если бы не поддержка съетчей.

    Я не могу потерять доверие. Я должна передать планету Лето в целости и сохранности. Должна... должна.... должна....

    С близнецами мы тренируем ум, прикидывая варианты обращения слов Проповедника в свою пользу, ибо прошлое гласит, что лучшая оппозиция - это прикормленная.

    Ирулан презрительно ухмыляется, я скалюсь в ответ. Если б не долг, связавший её по рукам и ногам, эта змея впилась бы в меня через минуту. Сравнивай меня с Коррино, деточка, сравнивай дальше. Твой позор не забудут в веках, девственная супруга, и всё, что ты можешь - это скалиться.

    Голова начинает гудеть, я будто оказываюсь в центре гомонящей толпы, но не могу расслышать слова.

    Лето пропал. Ганима еле жива.

    Лето? Лето? Пропал? Погиб? Лазанские тигры?
    Ганима испугана, бормочет что-то про смерть Лето. Но дальнейшие разговоры с ней дали призрачную надежду, что он, мой мальчик, мой племянник - жив. Лето, Лето, как же я тебя не уберегла. У вас же связь с сестрой, найдись... И я прошу Данкана разобраться в этом деле.

    Он взял на себя всё. Он был везде и всюду. И ко мне он не успел на долю секунды.

    Голова разрывалась от спайса. В попытке хоть что-то выяснить о Лето, почувствовать его, увидеть в будущем, я приняла слишком много.

    И все слова в голове стали отчётливо слышны. Женщины, изредка мужчины, царственные, гнусные и прекрасные, похотливые, любящие и ненавидящие - все сражались у меня в голове за моё тело. Я кричала, стараясь не потерять чувство себя, но бесполезно, я падала в пропасть времени, становясь только пристанищем для душ. Я умирала.

    Но тут тишина. Оглушительная, такая звенящая, что больно.

    - Милая моя девочка. Что же они с тобой сделали? - раздался жирный тенор, очень знакомый. Фигура обрела необъятные очертания. Лицо, скрывающееся щеками. Барон. Владимир Харконенн.
    - Милая моя девочка. Ты так хорошо справляешься. Ты такая молодец.
    - Барон? Я же убила тебя!
    - Да, и прекрасно сделала. Ты и маленькой была такой храброй. Ничего себе, такая маленькая, а такая решительная. Тык в меня Гом Джаббаром - и всё! Горжусь тобой, внученька.
    И здесь я проиграла войну. Из глаз вырвались так долго удерживаемые слёзы:
    - Дедушка...

    С городской площади раздаётся смех толпы и поставленные голоса актёров. Ходили слухи, что оперативно поставлена пьеса о смерти Лето. Решив, что я должна лично на это посмотреть, отправилась туда в сопровождении Данкана.

    И пришла на крайне интересном моменте, когда актёры красочно описывали, как святая Алия крадёт деньги из пожертвований.
    - Прекрасная игра! - зааплодировала я. - Я с удовольствием вас награжу. Проводите господ актёров к дворцу и дайте им по 80 монет.
    Меня поняли правильно. И актёры были выпороты прямо перед дворцом.
    Хотя в процессе порки они показывали такую роскошную актёрскую игру, что мне пришла в голову прекрасная идея о ручном театре. Они могли бы развлекать меня и прославлять среди народа, а ещё могли бы шпионить и выполнять деликатные поручения.

    "А ещё лицевые танцоры могут превращаться и в мужчин, и в женщин..." - пришла мысль со стороны, я безуспешно от неё пыталась отмахнуться.

    Решив, что танцоры могут быть мне полезны, я прервала наказание, когда они не получили и

  • половины заслуженного. Как и ожидалось. спасение от наказания было для них лучшим подарком. Взяв с них обещание к вечеру же представить пьесу, прославляющую меня и моё правление, я наткнулась на осуждающий взгляд Джессики.

    - Ну что ты от меня хочешь?
    - Ты могла просто посмеяться! Это было жестоко!
    Как всегда, под взглядом матери я стала снова превращаться в маленькую девочку. Но тут...
    (Голос знакомым жирным тенором: ты была милосердна. Ты поступила по справедливости, и очень мягко, надо сказать. Это повысит твой авторитет среди народа, никому нельзя оскорблять тебя...)
    - Я была милосердна. Я поступила по справедливости, и очень мягко, надо сказать. Это повысит мой авторитет среди народа, никому нельзя оскорблять меня...

    Я удовлетворённо наблюдала, как Джессика отшатнулась. Приятно заткнуть за пояс собственную самую-добрую-всё-понимающую-мудрейшую матушку. И как же было приятно напоминать ей о её вине! Это же не я сделалась такой! Это её вина! Это она оставила Арракис на юную Предрождённую, и пока я тут сгибалась под тяжестью ответственности, она трахалась на Каладане с Гурни Халлеком!
    Гнев сделал меня лёгкой-лёгкой, и я почти не заметила обеспокоенный взгляд Данкана.

    Данкан принёс новости о Лето. Но... Это ничего не даёт. Даже его мозг ментата не может найти никаких зацепок, кроме одной: Лето может быть жив.
    (Голос в голове: Но ведь если он мёртв, то ты будешь править гораздо, гораздо дольше, девочка моя. Ганима юна и неопытна, зато в ней есть драгоценные гены. И Ганима не стремится к власти, куда лучше выдать её лет через 10 замуж, а там она родит детей... (Я к этому времени буду уже стара, и после смерти стану прекрасным символом золотой поры) Да, моя девочка, а Лето станет символом нашей мести, нас будут уважать и бояться...)

    Гнев легко во мне поднялся. Я верю в Данкана, он найдёт тех, кто к этому причастен, я лично прилюдно убью их своим же крис-ножом. В Ганиме это вызывает неожиданный отклик.

    А в Джессике не вызывает. Джессика просто предательница, раз она ещё говорит о каких-то судах над похитителями (убийцами?) Лето, её внука. Маленького мальчика.
    Без суда. Прилюдно. Ножом в сердце, их воду... Придумаем, что с ней сделать.

    Богослужение. Снова спайс. В голове опять гул голосов. Но перед обрядом я спокойнее, и сосредоточеннее, сказываются годы практики.
    На народ явно произвела впечатление порка актёров, по крайней мере в ногах они валялись так, что и мой раздражённый ум не мог придраться.
    Отпила из обрядовой чаши, произнесла положенную речь, ответила на вопросы и еле успела дойти до покоев.

    Меня затаптывала и терзала толпа умерших. Я кричала. Ганима, бывшая рядом, испугалась и позвала Данкана... Но он не успел на половину биения сердца.

    (Кыш все! Разошлись!)

    Опять тихо.
    - Дорогая... Как ты? Это опять случилось? - на меня пристально и нежно взглянули металлические глаза.
    И эта нежность была сейчас такой смешной.

    Будто я должна его ждать, чтоб всегда было хорошо, а он придёт и спасёт меня, как в древних сказках покорно ждущую принцессу спасали от дракона!

    - Я уже не маленькая девочка, Данкан Айдахо! Я справляюсь сама и мне не нужна твоя жалость!

    - Да, ты уже не маленькая, ты справляешься сама, - эхом откликнулся Данкан. Я понимала, что причинила ему боль, и на мгновение мне захотелось извиниться, обнять... Но барон удержал. И я увидела, как моё отражение в фасеточных глазах бьётся на тысячу осколков.

    (Ты всё верно сделала, моя дорогая. Жалость унижает, тебе не нужна жалость. Тебе нужна опора, которую даю тебе только я. Позволь взамен прикоснуться к твоим чувствам...)

    Стараясь не вспоминать это своё отражение, я стала думать о Проповеднике. Гурни утверждал, что это Пол, я слышала их разговор. Но со мной Проповедник не захотел говорить, и это проблема.

    Да ещё и Ганима пропала.
    И Джессики с Халлеком давно не видно.
    И слухи - готовится заговор съетчей против меня.
    Для того, чтоб удержать власть и сохранить уважение я должна быть жёсткой. Шпион вернулся с новостями: центр заговора - Проповедик.
    Как же его устранить, и куда запропастилась Ганима?..

    С площади

  • крик: "Алия - продажная девка!!"

    Сволочи. И было бы за что кидать такие обвинения! Я посылаю стражника в город с приказом убить того, кто кричит. Следом за ним по своей инициативе отправился Данкан.

    Но следующий крик был ещё более неожиданным. "За Герцога!"
    За какого герцога? Почему тот, кто это кричал, убил моего фримена?
    Расследование длилось минуту: про продажную девку кричал Проповедник, фримена убил Гурни Халлек.

    Однако хорошо запудрили мозги старому Гурни, раз в любом бродяге ему мерещится Пол. Где ж его хвалёная верность Атрейдесам? Или он забыл, что я - тоже Атрейдес, а во его разлюбезная Джессика как раз нет?
    Хах, забавно, что бы он сделал, если бы узнал, что она - дочь Харконенна.

    Дедушка смеялся вместе со мной, и это было правильно. Дети смеются с родными. Так и должно быть. Я мысленно обняла его, и он спрятал меня от всего этого жестокого мира, от хамки Ирулан и её разряженных девиц, тряпки-Айдахо, набитой дуры Джессики... Мы справимся, дедушка, со всем справимся.

    Тронный зал наполнился шмоном корицы. Высокие сапоги. Маски на лицах. И во главе - Джессика Харконенн, собственной персоной.
    - Я пришла как Преподобная мать! И я предлагаю тебе пройти Испытание! Ты обвиняешься в Мерзости!
    Испытание - это серьёзно. Не пройду. Но пусть барон что-то придумает, а я потяну время.
    - Матушка! Я так рада тебя видеть! А где ты была?
    - Путешествовала, - бросила Джессика.
    - Как мило... А где же твой багаж? Почему ты не взяла его с собой?
    - Хватит препираться! Ты согласна пойти Испытание?
    - Ага. Конечно же я пройду его - протянула я с восторгом наблюдая за разинутыми фрименскими ртами. - А в чём я обвиняюсь?
    - В Мерзости!
    - Ах да. Матушка, посмотри на надутые водой рожи твоих фрименов. Они не должны выживать именно из-а политики моей и Пола! Посмотри!

    О, как приятно видеть Джессику в тупике!

    Но Испытание закончится ля меня фатально, это факт.
    И тут поддержка пришла откуда не ждали. В зал ворвался Лето, держа в руке крис-нож.
    - Держи! Это вот твоё Испытание! - он вложил мне в руку крис-нож и приставил его к своему горлу.
    Я лучше всех знала, что обнажённый крис-нож попробует кровь в любом случае.
    (Не поддавайся, деточка...)
    - Поделите его с Джессикой, она тоже хочет Испытания!
    Джессика уступила Лето.
    (Убей его, давай, он хочет отобрать твой трон, твоё законное по праву! Он уже бы мёртв, доведи до конца!)

    После долгого разговора, за которое я достаточно объяснила, что Лето ничем от меня принципиально не отличается, я вдруг увидела, как смотрит на меня этот мальчик. Так же, как когда-то младенцем. Синие глаза, полные детской обожающей любви.

    Изнутри я посмотрела на себя и вспомнила осыпающееся отражение.
    Крис-нож должен попробовать крови, а я должна остаться Богиней.
    Ирулан.... Далеко.
    Джессика... За Гурни.
    Гурни... близко.

    Секунда растянулась.
    Я кинулась к Гурни, почти дотянулась до него ножом, но одновременно включилось силовое поле. Лето. ставший нечеловечески быстрым, перехватил мою руку. Второй нож, мой, я кинула в толпу.
    Вспмнила глаза тех. кто по-настоящему любил меня.
    И воткнула крис-нож себе в шею

    Барон ушёл. Голоса ушли. осталась тёплая тишина. И последние слова:
    "она умерла фрименом".

    А теперь пожизнёвое.
    Хотя что писать. Вы все про себя всё знаете.
    Я не знаю, как играть эту историю другим составом. За день игры мы стали по-настоящему семьёй, будто так было всегда.
    Я люблю каждого из вас.
    Фириэль - мой волшебный Харконенн.
    Кира - моя поддержка и опора, мой прекрасный Данкан.
    Серина - пронзительная и добрая Джессика

(no subject)

Проблемы не решаются ложью. Ложь может быть только «снятием симптомов», но не лечением, она отодвигает проблему.
Причём одна из самых частых неправд — «скоро решим». Обещание скорого решения проблемы — это враньё, как правило, в надежде, что «само рассосётся».
А вот словами через рот говорить нужно как можно чаще. И поменьше эмоций вкладывать, просто констатировать факт.
Только страшно. 

Поток сознания

Посадили меня дома с короной. Сижу, пишу диплом.
Пишу про «навыки 21 века». Интересно. Но... не верю. Не верю в изменение мира и автоматизацию всего на свете, в новые необычные запросы к людям... Не верю.
Короче, если развивать тему. Мир к 21 веку поменялся настолько, что занния школьне могут устаревать, а навыки быть не такими и нужными. Чему учить?
Ну вот, например, 4К:
— кооперации,
— креативности,
— критическому мышлению,
— коммуникации.
Оно вроде и хорошо, а как учить этому?
Ну и общее помешательство на лидерских качествах тоже не радует. Блин, ну не надо всем быть лидерами, нехай у каждого будут свои плюсы.
Тем, кстати, и хороша соционика. 

Вескон-2020

Давно уж известно, что если всё надоело, то надо на Вескон.
Я который раз удивляюсь тому, как там хорошо и правильно.
Огромное спасибо Хелю и всем волонтёрам Детки за Детку.
Лоссе - за РИ-секцию вообще и великолепный семинар по играм-перформансам. Вдохновилась, надо попробовать сделать.
Хелю за игру-шляпу. Огонь! И отдельно всем хоббитам.
Аллор - за пинание меня и вообще литературную секцию, получила огромное удовольствие.
Кире, Алексею Сознику, Сказочнику за спонтанные концерты.
Всем посетителям нашей лавки на ярмарке, получила огромное удовольствие от общения!
Всем оргам даже не спасибо, а мой глубокий поклон - невероятно качественная организация.
Теперь лирика.

Конвент дал огромное вдохновение и кучу сил. Можно сказать, что это моя личная Масленица, где я сожгла чучело личной зимы.
С Вескона началась весна, и неважно, какая за окном погода. Мне светло даже в полночь. Понесу свет дальше.

alice

Приблудные строки-58: "элефанты и леонты" (пародия на Тредиаковского?)

ПРИПИСЫВАЕМОЕ ТРЕДИАКОВСКОМУ (Пародия?)
Впервые я увидела это стихотворение (первое четверостишие) у Зощенко:

Стрекочущу кузнецу
В зленем блате сущу,
Ядовиту червецу
По злакам ползущу.

Журавель летящ, во грахе
Скачущ через ногу,
Забываючи все страхи,
Урчит хвалу Богу.

Элефанты и леонты,
И лесные сраки,
И орлы, оставя монты,
Учиняют браки.

О, колико се любезно,
Превыспренно взрачно,
Нарочито преполезно
И сугубо смачно!

Некоронованный

Тот случай, когда начинаешь читать со скепсисом, а заканчиваешь с теплом в груди.
Странная своим языком книга — она глубоко устная, то есть преназначеннная для чтения вслух. Сказались литературные концерты Альвдис. От этого в голове роман озвучивается, будто слушаешь сказителя. Давно не попадался настолько эстетически прекрасный язык.
Удивительно передана связь времён. Всегда казалось очевидным бессмертие эльфов и майяр, но только тут я дошла до очевидной мысли о том, что именно этим необыкновенна Арда — своей живой историей, когда они живущие являются героями древних легенд других живущих.
Книга для долгого вечера.

Домашнее обучение

Естественно натыкаюсь на статьи про домашнее (семейное) обучение на такой траве, как Яндекс.дзен.
Кто не знает, это когда ребёнок учится дома, а в школе только сдаёт.
Копий сломано немало на этой теме. А я думаю вот что.
Целиком домашнее обучение — так себе идея. Когда-то люди боялись выбиться из коллектива, а сейчас боятся в него войти.
Но с упорством маньяка посещать школу в мороз-болезнь-родительский выходной (ОСОБЕННО ПОСЛЕДНЕЕ!) — идея не менее спорная.
Лучше всего смотреть на состояние ребёнка и по возможности не гнать его в школу, если он устал, болеет, не в форме по любой причине. Но обязательно проработать тему дома, благо в электронном журнале и название темы, и ДЗ имеется.
Если непонятно, что в учебнике — лезем в интернет и смотрим там. Домашку делаем обязательно. И обязательно без ГДЗ.
Тогда легче будет и родителям, и ребёнку, и школе.

Любовь унижает или дебатов пост

Тут подумалось.
Любовь есть химический процесс, притупляющий логику, указывающий (возможно) на лучшего партнёра для размножения. Как известно, живёт не очень долго, около трёх лет (кризисы отношений все помнят?).
Часто любовь воспринимают как абсолютное принятие. То есть с любящим можно быть настоящим.
Переводим. «Хочу, чтоб меня любили» = «хочу, чтоб меня полностью принимали под воздействием химических реакций мозга».
Ну и, соответственно, «люблю» = «у меня в мозге происходят химические процессы, из-за которых я ищу в человеке хорошее и интерпретирую его поступки в его пользу».
Вот что это вообще?
Мы что, хотим быть в изменённом состоянии сознания? Под «внутренними наркотиками»? Врать себе о людях?
Можно это отменить? Можно выбирать не химическими реакциями, а всё-таки логикой?
Я уважаю этого человека, так как он:
Твёрдо стоит на ногах (способен обеспечить выживание),
умён (хорошие гены),
красив,
заботлив,
храбр...
И так далее, и так далее.
И чтоб не было мучительно больно за то, чтоб наш объект любви объективно нисколько не напоминает то, что мы там себе напридумывали. 


Как раскололась сталь - 2

 Я действительно очень люблю «Повесть о настоящем человеке». История Мересьева помогает жить, это то самое живительное «соберись, тряпка», но, в отличие от данного призыва, работающее.
Если очистить шелуху и оставить только «скелет», то получится, что это история о человеке, который не остановился ни перед чем, чтоб достичь своей мечты.
Современно.
Мы живём в очень гуманистическом обществе, на самом деле. И Человек всё-таки для этого общества — главная ценность (иногда к сожалению).
Но если «Повесть...» — это история о человеке, который ни перед чем не остановится, то «Как закалялась сталь» — это история о ГОСУДАРСТВЕ, которое ни перед чем не остановится.
Для которого нет молодых-сильных-умных-красивых-которых жалко. А есть, как в «Героях меча и магии», юниты. Которых можно гробить сколько угодно.
В этом смысле «Повесть...» является удивительным регрессом. Потому что представляет собой произведение, очень похожее на некрасовскую «Железную дорогу», если б писали для строителей этой дороги.
Ну и что, что вы там от тифа умираете, босые и голодные. Зато вот, ЦЕЛЬ!

Павка — не личность (уворачиваюсь от помидора).
Я имею в виду, что Павел Корчагин  - это не конкретный герой, на которого хочется быть похожим, это некий универсальный запрос общества на таких вот сильных, живучих и не жалеющих себя. Если на Мересьева надо бы ориентироваться, то с Павкой следовало себя отожествлять.
Поэтому «Как закалялась сталь» — это великолепное, гениальное произведение, которое нельзя давать читать несозревшему мозгу. Об этом — третья часть.